РУССКАЯ
Статьи
Профиль
Избранное
Куприн Александр Иванович

Куприн Александр Иванович

Анафема

Рассказ «Анафема», написанный в 1913 году, с первых строк погружает читателя в мир церковный. Однако одновременно с этим сразу становится заметно, что написан он человеком далеким от церкви.

Сюжет довольно прост: священник отец Олимпий отказался объявить анафему «болярину» Льву Толстому, ценя его творчество, и вместо этого провозгласил ему «многую лету».

Все в рассказе поделено на два цвета, все черно-белое. Церковь вся «унылая», пение «равнодушное», подготовка к пению – «противное, мучительно-длительное занятие». Соответственно описываются и прихожане. «Церковь быланабита какими-то слезливыми старушонками и седобородыми толстопузыми старичками, похожими не то на рыбных торговцев, не то на ростовщиков». Зато, когда по внезапному повелению сердца отец Олимпий отказывается говорить слова анафемы «болярину» Льву Толстому, все словно сразу расцветает. Отец Олимпий вспоминает «прекрасные слова» писателя, над которыми он всю ночь «проплакал от радости, от умиления, от нежности». Теперь он идет, «возвышаясь целой головой над народом», и решительно думает, как сложит с себя сан.

Критики рассказа разделились во мнениях, и было из-за чего. В определении Святейшего синода об отлучении графа Толстого лишь извещалось, что последний больше не является членом Православной церкви, так как его публично высказываемые убеждения несовместимы с таким членством. Буквально сказано, что церковь «не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею». В определении даже нет слов «отлучение» или «анафема» (священники в различных церквах могли по своему усмотрению возглашать или не возглашать ее, так что отец Олимпий имел полное право просто не делать этого). Что же касается тех страшных проклятий, которые цитирует Куприн, то это вообще темное место в рассказе: дело в том, что они относятся к Симеону Медведеву (XVII век), книгохранителю и справщику Московского печатного двора, первому российскому библиографу, лишенному в свое время монашества и отлученному от церкви, но никогда не относились ко Льву Толстому.

Историки до сих пор спорят, провозглашали ли анафему во всех приходских храмах России или ограничились только констатацией отпадения от церкви Льва Толстого. Так что вопрос по сей день остается открытым.